Стремительный рост искусственного интеллекта меняет не только рынок технологий, но и экономическую повестку США. На фоне многомиллиардных инвестиций и опасений по поводу сокращения рабочих мест политики и эксперты начали обсуждать новую модель распределения богатства, создаваемого ИИ. Вместо универсального базового дохода предлагается универсальный базовый капитал — систему, при которой граждане смогут получать выгоду от роста AI-компаний через владение долями или специальный государственный инвестиционный фонд, передает Tech-news.
Идея получила название Universal Basic Capital (UBC). В отличие от универсального базового дохода, который предполагает регулярные денежные выплаты, UBC делает ставку на участие граждан в капитале. Предполагается, что доходы от стремительно растущего AI-сектора будут инвестироваться и приносить прибыль не только технологическим корпорациям, но и обществу.
Поддержку концепции уже высказывали губернатор Калифорнии Гэвин Ньюсом, сенатор Берни Сандерс, бывший советник Белого дома Стив Бэннон, а также глава OpenAI Сэм Альтман. Однако большинство экспертов считают более реалистичным другой сценарий — создание суверенного фонда благосостояния, который будет аккумулировать часть доходов, связанных с развитием искусственного интеллекта.
Такой механизм уже давно используется странами, получающими сверхдоходы от природных ресурсов. Норвегия, Саудовская Аравия, Сингапур и Абу-Даби инвестируют нефтяные доходы через государственные фонды, обеспечивая долгосрочную прибыль для будущих поколений. Аналогичную модель предлагают применить и к экономике искусственного интеллекта.
Экономисты подчеркивают, что это принципиально отличается от национализации технологических компаний. Суверенный фонд лишь инвестирует средства и управляет капиталом, тогда как государственная собственность предполагает прямое участие государства в управлении бизнесом. По мнению аналитиков, второй вариант может снизить конкурентоспособность отрасли и привести к политизации решений.
Поводом для новой дискуссии стали масштабы инвестиций крупнейших IT-компаний в инфраструктуру ИИ. Только во втором квартале 2026 года Alphabet впервые за всю историю публичной отчетности зафиксировала отрицательный свободный денежный поток — минус $5,9 млрд. Причиной стали рекордные расходы на строительство дата-центров, закупку серверов, процессоров, развитие сетевой инфраструктуры и энергоснабжения.
При этом финансовые результаты компании остаются сильными. Выручка Alphabet выросла на 24% и достигла $119,8 млрд, а чистая прибыль увеличилась почти в четыре раза — до $112,1 млрд. Подразделение Google Cloud продолжает активно расти благодаря спросу на вычислительные мощности для генеративного ИИ, а компания повысила прогноз капитальных расходов на 2026 год до $195–205 млрд.
Google также начала получать выручку от продажи собственных ИИ-процессоров TPU, которые конкурируют с решениями Nvidia, и продолжает масштабировать облачную инфраструктуру. По словам руководства компании, спрос на вычислительные мощности по-прежнему значительно превышает предложение.
Инвестиционная гонка охватывает весь технологический сектор. По оценке Morgan Stanley, крупнейшие мировые IT-компании направят на развитие искусственного интеллекта более $700 млрд уже в этом году, а в 2027 году совокупные вложения могут превысить $1 трлн.
На этом фоне все чаще звучит вопрос не только о том, какие профессии изменит искусственный интеллект, но и о том, кому в будущем будет принадлежать создаваемая им экономическая стоимость. Пока универсальный базовый капитал остается политической инициативой без единого механизма реализации, однако сама дискуссия показывает, что государства начинают искать новые модели распределения выгод от AI-экономики.
